С опытом становиться легко ставить диагноз.

Когда клиентка, осторожно ступая по полу как по натянутому канату над пропастью, садиться на дальней от меня край кушетки, и вцепившись длинными ногтями в свои колени, озирается по сторонам, для меня очевидно, что это Тревога.

Так было и в этот раз.

Одетая в мешковатый фланелевый балахон, под которым было невозможно распознать фигуру, девушка, теребила клач.

Назовем ее Альфия. Ей было 28 лет.

Еле сдерживая слезы, она рассказала свою судьбу.

Мама тяжело болела, отец беспробудно пил, с мужем-наркоманом, который ее регулярно избивал она развелась.

Ей приходилось крутиться между работой, детским садом и инвалидом мамой.

Мысли Альфии метались:

-Как все успеть и когда все это закончиться?

Жизнь ее была постоянным дедлайном.

В этом кошмаре Альфия прожила 2 года и у нее развился токсический зоб, который предложили лечить радиоактивным йодом.

Собственно, это и привело ее ко мне.

Нам потребовалось 2 года, чтобы ее эндокринолог упал со стула от удивления, когда обнаружил, что Альфия здорова, что показатели гормонов щитовидной железы пришли в норму.

Но прошло еще два долгих года, прежде чем Альфия смогла решить имущественные споры с экс-супругом и переехать в другой город, найти там работу и познакомиться с надежным, а не импульсивным мужчиной.

Хочу пожелать ей обращаться в трудных ситуациях за помощью к другим людям, на свете много хороших людей.